Sunday, October 23, 2016

[The Guardian] Cyber attack: hackers 'weaponised' everyday devices with malware to mount assault (21.10.2016) (English)

Форматирование моё.
См. также:
Российско-китайские хакеры взяли ответственность за атаку на серверы в США (21.10.2016)

Hundreds of thousands of devices such as webcams and DVRs were infected with malicious code to create a so-called ‘botnet’ to target leading sites

The huge attack on global internet access, which blocked some of the world’s most popular websites, is believed to have been unleashed by hackers using common devices like webcams and digital recorders.

Among the sites targeted on Friday were Twitter, Paypal and Spotify. All were customers of Dyn, an infrastructure company in New Hampshire in the US that acts as a switchboard for internet traffic.

Outages were intermittent and varied by geography, but reportedly began in the eastern US before spreading to other parts of the country and Europe.

Users complained they could not reach dozens of internet destinations, including Mashable, CNN, the New York Times, the Wall Street Journal, Yelp and some businesses hosted by Amazon.
Major cyber attack disrupts internet service across Europe and US
Read more

Hackers used hundreds of thousands of internet-connected devices that had previously been infected with a malicious code – known as a “botnet” or, jokingly, a “zombie army” – to force an especially potent distributed denial of service (DDoS) attack.

Ниже есть продолжение.

The aim of a DDoS attack is to overwhelm an online service with traffic from multiple sources, rendering it unavailable. Dyn said attacks were coming from millions of internet addresses, making it one of the largest attacks ever seen.

Dyn said it had resolved one attack, which disrupted operations for about two hours, but disclosed a second a few hours later that was causing further disruptions. By the evening it was fighting a third.

At least some of the malicious traffic was coming from connected devices, including webcams and digital video recorders.

Security researchers working with Dyn to investigate the attack have linked it to a network of web-enabled CCTV cameras made by a single Chinese company, XiongMai Technologies.

Allison Nixon, director of research at the security firm Flashpoint, said its web-enabled CCTV cameras and digital video recorders were forcibly networked together using the sophisticated malware program Mirai to direct the crushing number of connection requests to Dyn’s customers.

“It’s remarkable that virtually an entire company’s product line has just been turned into a botnet that is now attacking the United States,” she told security researcher Brian Krebs.

The Guardian has contacted XiongMai for comment.

The same Mirai malware was used in September to launch what was then described as the biggest DDoS attack ever on Krebs’ website, Krebs on Security. His reporting on cybercrime has made him a target in the past.

Hackers released the source code for Mirai earlier this month, inspiring a significant number of copycats.

Experts had warned of increasingly sophisticated botnets – in essence, a weaponised combination of malware and as many as 100,000 hijacked individual devices – just days before Friday’s attack.

Researchers at Level 3 Communications, a global communications company focused on managed security, warned earlier this week that “the threat from these botnets is growing” as more and more devices were connected to the web.

The US Department of Homeland Security had issued a warning last week.

Mirai was the most sophisticated botnet malware Level 3 had seen yet, able to rotate the IP addresses (likely to avoid detection) about three times as often as had been observed with other botnets.

More worryingly still, it was “becoming still more sophisticated”.

Mirai targeted household and everyday devices – such as DVRs, cameras and even kettles – that were connected to the internet, a concept of connectivity commonly referred to as “the internet of things” (IoT). Many were devised without particular mind to security.

Level 3 researchers said the majority – as many as 80% – of botnets were networked DVRs, with the rest routers and other miscellaneous devices such as IP cameras and Linux servers.

“The devices are often operated with the default passwords, which are simple for bot herders to guess.”

Michael Mimoso, of cybersecurity research group Kaspersky Lab, estimated on Wednesday that the number of compromised devices had reached 493,000, with most in the US. “But Brazil and Colombia are also high on the list”.

Dyn categorized the attack as “resolved” shortly after 6pm New York time, but it is still not known who deployed the botnet, and why.

“The complexity of the attacks is what’s making it very challenging for us,” the company’s chief strategy officer, Kyle York, told Reuters. Homeland Security and the Federal Bureau of Investigation said they were investigating.

A tweet from WikiLeaks at 5pm Friday New York time implied that its supporters were behind the attack.

“Mr. Assange is still alive and WikiLeaks is still publishing. We ask supporters to stop taking down the US internet. You proved your point.”

WikiLeaks (@wikileaks)

Mr. Assange is still alive and WikiLeaks is still publishing. We ask supporters to stop taking down the US internet. You proved your point.
October 21, 2016

Security researcher Bruce Schneier caused waves when he wrote in September that someone, probably a country, was “learning how to take down the internet”.

He wrote that “a large nation state” (“China or Russia would be my first guesses”) had been testing increasing levels of DDoS attacks against unnamed core internet infrastructure providers in what seemed like a test of capability.

Nixon told Reuters there was no reason to think a national government was behind Friday’s assaults, but attacks carried out on a for-hire basis were famously difficult to attribute.

UPDATE 25-10-2016:
Someone Is Learning How to Take Down the Internet
Recently, some of the major companies that provide the basic infrastructure that makes the Internet work have seen an increase in DDoS attacks against them. Moreover, they have seen a certain profile of attacks. These attacks are significantly larger than the ones they're used to seeing. They last longer. They're more sophisticated. And they look like probing. One week, the attack would start at a particular level of attack and slowly ramp up before stopping. The next week, it would start at that higher point and continue. And so on, along those lines, as if the attacker were looking for the exact point of failure.

The attacks are also configured in such a way as to see what the company's total defenses are. There are many different ways to launch a DDoS attack. The more attack vectors you employ simultaneously, the more different defenses the defender has to counter with. These companies are seeing more attacks using three or four different vectors. This means that the companies have to use everything they've got to defend themselves. They can't hold anything back. They're forced to demonstrate their defense capabilities for the attacker.

I am unable to give details, because these companies spoke with me under condition of anonymity. But this all is consistent with what Verisign is reporting. Verisign is the registrar for many popular top-level Internet domains, like .com and .net. If it goes down, there's a global blackout of all websites and e-mail addresses in the most common top-level domains. Every quarter, Verisign publishes a DDoS trends report. While its publication doesn't have the level of detail I heard from the companies I spoke with, the trends are the same: "in Q2 2016, attacks continued to become more frequent, persistent, and complex."

There's more. One company told me about a variety of probing attacks in addition to the DDoS attacks: testing the ability to manipulate Internet addresses and routes, seeing how long it takes the defenders to respond, and so on. Someone is extensively testing the core defensive capabilities of the companies that provide critical Internet services.

Who would do this? It doesn't seem like something an activist, criminal, or researcher would do. Profiling core infrastructure is common practice in espionage and intelligence gathering. It's not normal for companies to do that. Furthermore, the size and scale of these probes -- and especially their persistence -- points to state actors. It feels like a nation's military cybercommand trying to calibrate its weaponry in the case of cyberwar. It reminds me of the US's Cold War program of flying high-altitude planes over the Soviet Union to force their air-defense systems to turn on, to map their capabilities.

What can we do about this? Nothing, really. We don't know where the attacks come from. The data I see suggests China, an assessment shared by the people I spoke with. On the other hand, it's possible to disguise the country of origin for these sorts of attacks. The NSA, which has more surveillance in the Internet backbone than everyone else combined, probably has a better idea, but unless the US decides to make an international incident over this, we won't see any attribution.

But this is happening. And people should know.

Российско-китайские хакеры взяли ответственность за атаку на серверы в США (21.10.2016)

See also:
[The Guardian] Cyber attack: hackers 'weaponised' everyday devices with malware to mount assault

Хакерская группа New World Hackers, базирующаяся в Китае и в США, взяла на себя ответственность за масштабную DDoS-атаку, в результате которой были недоступны многочисленные сайты, в том числе, Twitter, Netflix, PayPal и многие другие...Два представителя хакерской команды New World Hackers заявили информационному агентству АР, что атака была "всего лишь пробой сил". Эта группа брала на себя ответственность за атаку на и BBC. Группа утверждает, что состоит из более 30 человек, в том числе, 20 хакеров из России и еще десяти - из Китая.

Еще один представитель хакерской группы сказал, что цель этой атаки была в выявлении уязвимых мест в безопасности интернета...

... В пятницу, 21 октября, состоялась одна из крупнейших хакерских атак на США. В течение нескольких часов для пользователей из США, а в некоторых случаях и для пользователей в Европе, были недоступны популярные сайты и сервисы, в том числе сервисы Twitter, Amazon, PayPal, онлайн-кинотеатр Netflix.

Хакеры использовали миллионы подключенных к интернету устройств [the internet of things (IoT)], на которые был загружен вредоносный код, создав таким образом "ботнет" или "зомбоармию" для DDoS-атаки на компанию Dyn...

...DDoS-атака была проведена против Dyn, крупного провайдера интернет-инфраструктуры. Пострадали, в основном, серверы компании на Восточном побережье США, передает Bloomberg, хотя были замечены проблемы и с серверами на Западном побережье.

Компании удалось справиться с последствиями атаки, но затем она повторилась, и доступ к сайтам снова оказался ограничен...

Ниже есть продолжение.

...Американские спецслужбы расследуют это происшествие. На данный момент у них нет доказательств в поддержку версии о причастности New World Hackers к этому происшествию....

...Компания Dyn сообщила, что ее центры данных подверглись трем волнам DDoS-атак, справиться с которыми было весьма трудно. Первая атака была совершена примерно в семь часов утра по времени Восточного побережья. Когда Dyn восстановила работу серверов, хакеры переключились на центры данных, расположенные в других регионах, и доступ к сайтам снова был ограничен. После полудня хакеры заявили, что прекращают атаки.

Хакеры использовали миллионы связанных с интернетом устройств для отправки огромного количества запросов. Они действовали через видеокамеры и другие устройства, подключенные к интернету, но плохо защищенные. Cпециалисты по компьютерной безопасности Dyn, отмечают, что большая часть запросов исходила от устройств производства китайской компанией XiongMai Technologies...

...Компания Dyn занимается предоставлением сетевых услуг, в частности, на ее серверах хранится каталог IP-адресов сайтов, похожий на "глобальную телефонную книгу". Каждый пользовательский компьютер, перед тем как перейти на желаемый сайт, обращается к серверам Dyn, которые должны перенаправить его по искомому адресу.

Во время кибератки зараженные устройства по команде своего "хозяина" начали "бомбить" сервера Dyn ложными запросами, парализовав их работу. В компании Dyn заявляют, что запросы приходили с миллионов интернет-адресов, что делает эту атаку одной из самых серьезных в истории интернета.

Сайт The Guardian , также ставший жертвой "атаки зомби", пишет, что специалисты по компьютерной безопасности Dyn, отмечают, что большая часть запросов исходила от "умных приборов", таких как веб-камеры и камеры-наблюдения. В частности, они указывают, что большая часть "зомбированных устройств" была произведена китайской компанией XiongMai Technologies. Китайский производитель, пишет The Guardian, пока не комментирует случившееся.

Алексон Никсон, директор компании Flashpoint, утверждает, что участвовавшие в кибератаке устройства были заражены трояном Mirai. Отметим, что этот троян в сентябре 2016 года использовался для атаки на сайт известного ИБ-журналиста Брайна Кребса, а затем на одного из крупнейших в Европе хостинг-провайдеров OVH.

Ранее канадский производитель оборудования для сетей сотовой связи Sierra Wireless предупредил своих клиентов об опасности, исходящей от трояна Mirai, назвав несколько уязвимых моделей раутеров и шлюзов AirLink. При этом в сообщении указывалось, что под угрозой заражения находятся только те устройства, которые используют учетные данные по умолчанию.

После крупнейшей атаки на сервера в США специалисты компьютерной безопасности вновь забили тревогу по поводу так называемого "интернета умных вещей" [the internet of things (IoT)], домашних приборов, имеющих доступ к сети и управляемых через интернет. Многие приборы не имеют специальных средств безопасности. Большинство пользователей подключая к сети новую камеру-наблюдения, раутер, сетевой принтер, "умный" чайник или "умный холодильник" не меняют на нем пароль, установленный производителем. Именно это позволяет злоумышленникам легко "зомбировать" прибор.

Таким образом, 21 октября миллионы устройств по всему миру вышли из подчинения своих хозяев, и приняли участие в крупнейшей кибератаке на США. Их хозяева, разумеется, об этом не подозревали.

Сайт пишет, что вскоре после кибератаки на сайт Брайна Кребса на портале Hack Forums был опубликован исходный код трояна. Его автор скрывается под псевднонимом Anna-senpai. После того, как программв была выложена в открытый доступ специалисты высказывали опасение, что количество зараженных "умных вещей" резко возрастет и пользователи начнут жаловаться на снижение скорости работы интернета, так как приборы своей деятельностью "забьют" весь канал.

Без пяти минут безумие (10.10.2016)

Заметка полностью. Форматирование моё.

Хотят ли русские войны с Америкой, а американцы — с Россией

«Холодная война» между Россией и США стала свершившимся фактом. Накал словесных сражений между странами в последние дни достиг абсолютно рекордных отметок за все время после распада СССР. Две крупнейшие ядерные державы разговаривают на языке заведомо невыполнимых ультиматумов. И, кажется, еще никогда с момента Карибского кризиса 1962 года вероятность первого в истории прямого «горячего» военного столкновения России и США не была так велика, как сейчас.

Ниже есть продолжение.

Проблема в том, что поколение невоевавших россиян (последний опыт по-настоящему серьезной войны был у родившихся в 1950-х — начале 1960-х участников афганской кампании), да еще и по уши увязшее в официальной милитаристской пропаганде, может свалиться в войну случайно, помимо собственной воли.

Известно, что детонатором мировых войн порой становились совершенно пустяковые внешне события.

Катализатором большой войны может стать случайно сбитый в Сирии американский военный самолет. Хотя, например, тот факт, что Россия не решилась воевать с Турцией из-за своего сбитого военного самолета, отчасти может успокаивать. Но Америка не Турция, и это должны осознавать российские военные и гражданские власти. Можно ли поручиться за Америку? Понимают ли там, что, хотя Россия далеко не СССР, ядерная война недопустима даже в самых «гомеопатических» дозах?

Имидж нашей страны в мире настолько испорчен и столько уже было подобных происшествий то с «заблудившимися на Украине десантниками», то со «случайно» нарушившим границу военным российским самолетом», что уже мало кто поверит в случайность подобного эпизода.

Конечно, с точки зрения здравого смысла главным сдерживающим фактором в развязывании российско-американской «горячей» войны должно стать наличие у сторон ядерного потенциала, способного стереть с лица земли не только две наши страны, но и практически все человечество.

Однако — и это тоже хорошо известно из истории — доводы элементарного здравого смысла в определенные моменты не действуют.

Особенно опасно, что идет постоянное и все более массовое приучение граждан к будущей якобы неизбежной войне. То проверка бомбоубежищ в Москве. То военные учения в Центробанке и Минфине. То распоряжение петербургского губернатора Полтавченко утвердить нормы хлеба на случай войны — по 300 граммов на день на 20 дней. Причем срок в 20 дней, в течение которых городское правительство обещает выдавать людям хлеб, заставляет задаться элементарным вопросом: а что потом?

Через 20 дней война кончится? Мы проиграем ее или выиграем?

Нагнетают обстановку и рассуждения на нашем ТВ, где лучше пережить ядерную бомбардировку — в скученной Москве или на просторах Дальнего Востока. Причем это не выглядит как шутка. А если бы даже и было шуткой, то явно не смешной.

Есть уже и конкретные военные приготовления — четыре батальона НАТО у границ с Россией и переброска российских ракетных комплексов «Искандер-М» в Калининградскую область на границу с Польшей и Литвой.

Уже даже дипломаты отбрасывают дипломатические приличия. Джон Керри угрожает России расследованием «военных преступлений» в Сирии. Сергей Лавров в интервью Первому каналу делает странное заявление о том, что у России кончается «стратегическое терпение» в отношении США. Тем самым автоматически заставляя мир с ужасом думать, как будет выглядеть наше «стратегическое нетерпение». Не начнем ли мы войну в соответствии с принципом «бей первым», который возвели чуть ли не в принцип внешней политики?

На этом фоне слова бывшего президента СССР Михаила Горбачева, который призвал обе страны к возобновлению переговоров по всей политической повестке, включая ядерное разоружение, выглядят одиноким голосом разума, который никто не слышит. Хотя куда лучше бесконечные, пусть и безрезультатные переговоры, чем иллюзия результативного ядерного блицкрига, после которого наша планета может превратиться в выжженную пустыню.

Со стороны Америки тоже практически не слышно голосов разума. Понятно, что эта ситуация может измениться после президентских выборов сначала в США, а потом и в России — сейчас по разным причинам обеим сторонам выгодно «продавать «холодную войну» своим избирателям. Только ценой этой взаимной военной пропаганды (или, как говорили в советские времена, «милитаристского угара») может стать случайно вспыхнувшая на уже подготовленной почве «горячая» война, превосходящая по масштабам жертв и разрушений все, что происходило раньше в истории человечества.

Пока Россия и США никогда не воевали друг против друга.

Напротив, у нас был опыт совместного ведения войны против гитлеровской Германии. Однако СССР и Штаты уже однажды подходили к состоянию «без пяти минут ядерного конфликта» в 1962 году. Тогда Карибский кризис, связанный с намерением обеих сторон разместить ядерные заряды в непосредственной близости друг от друга, удалось разрешить только благодаря личной воле руководителей двух государств — Никиты Хрущева и Джона Кеннеди. Хватит ли такой воли у политических лидеров двух стран сейчас?

Пока же взаимная ненависть на словах все более ужесточается. Американская риторика работает на нашу пропаганду: «Видите, они нам грозят, значит, мы все делаем правильно»... Наша пропаганда — на американскую: «Видите, русские готовятся к ядерной войне, надо их сдержать».

В советской программе «Время» гонку ядерных вооружений со стороны США было принято называть «ядерным безумием». Хотя это было безумием с обеих сторон. Как ни печально, спустя почти 60 лет мир снова возвращается к состоянию, когда новую мировую войну, похоже, может остановить только личная воля руководителей двух государств.

Нетаниягу и Путин поговорили по телефону – на фоне ослабления связей между двумя странами

Лидеры РФ и Израиля провели шестой с начала года телефонный разговор.

Walla отмечает, что Нетаниягу и Путин обсудили вопросы двустороннего сотрудничества в Сирии – в частности, работу механизма по предотвращению столкновений ВВС Израиля и России. Издание утверждает, что данное сотрудничество значительно ослабилось в последнее время, после размещения на сирийской территории комплекса ПВО С-300. Данная система значительно затрудняет действие израильской боевой авиации, которая, по данным иностранных СМИ, периодически атакует автоколонны с оружием, предназначенных для «Хизбаллы».

Ниже есть продолжение.

...размещение в районе Тартуса российских систем ПВО С-300 и С-400 с радиусом поражения воздушных целей около 400 километров парализовало возможности авиации ЦАХАЛа осуществлять боевые операции по уничтожению террористов, а также ракетного оружия и объектов террористической инфраструктуры на территории Сирии.

Как пишет обозреватель газеты «Гаарец» Амос Харэль, отныне взлет каждого израильского самолета, который поднимается в воздух с базы ВВС Тель-Ноф в районе Реховота, фиксируется российскими радарами.

По мнению американских и израильских экспертов, военная активность Кремля на Ближнем Востоке привела к радикальному изменению регионального военно-стратегического положения Израиля и имеет далеко идущие политические последствия.

«После уничтожения ракет противовоздушной обороны Сирии в 1982 году израильские ВВС имели абсолютное превосходство в воздухе (и, соответственно, почти полную свободу действий) в регионах, примыкающих к северной границе страны.

Этот «золотой век» закончился в тот момент, когда Москва решила установить свою систему ПВО в районе Тартуса. Россияне, без видимых усилий, лишили Израиль статуса самой мощной, в сфере военно-воздушных сил, державы на Ближнем Востоке», - констатирует Амос Харэль.

Федор Лукьянов о том, чем опасен дух новой «холодной войны»

Заметка полностью. Форматирование моё.

Этой осенью заговорили о войне. Настойчиво и красноречиво. Провал многомесячной сирийской дипломатии, мучительно дававшейся участникам, как будто обрушил плотину – все вспомнили о терпении, которое иссякло. В российско-американских отношениях воцарился дух «холодной войны» с намеками на возможность перехода ее невесть куда.

Именно дух, поскольку объективные обстоятельства совсем не похожи на те, что определяли настоящую «холодную войну», – ни в пятидесятые, ни в семидесятые.

Ниже есть продолжение.

Нет ни паритета, ни понятного идеологического конфликта, ни, что, наверное, главное, центральности этого противостояния для международной повестки дня. В сороковые – восьмидесятые годы на советско-американскую ось нанизывалось все остальное, практически любой сюжет мировой политики был производным от состояния основной конфронтации. Сейчас явно не так. Но от этого не легче, а даже наоборот, потому что непонятно, как себя вести.

Концептуально «холодная война» – когда нет намерения совместно что-то решать, задача – управлять противостоянием и снижать риски. Но это – задача-максимум, до способности ее выполнять еще надо дозреть, миновав опасные рифы. На первом этапе прошлой «холодной войны» их было изрядно вплоть до Карибского кризиса, когда к грани необратимости подошли очень близко. Но отошли от нее, обеспечив относительно упорядоченное, хотя и крайне острое соперничество на следующие 25 лет.

Другая принципиальная характеристика «холодной войны» – она самоценна.

То есть ведется не за что-то конкретное, а почти исключительно за статус – в отношении соперника (превосходство) и в мировой системе вообще (доминирование). В этом смысле, как ни парадоксально, Соединенные Штаты, победив в «холодной войне» ХХ века, никогда из нее и не выходили, поскольку ключевым понятием американской политики после 1989–1991 годов стало глобальное лидерство. То есть обеспечение гегемонии (с их точки зрения, сугубо благотворной), исключительного положения США в международных делах.

Понятно, что доминирующий статус влечет за собой разнообразные практические преимущества, но они – следствие, а не цель. И их сохранение требует поддержания всеобъемлющей лидирующей роли, что несет издержки, иногда немалые, а то и непомерные.

Россия из «холодной войны» в конце прошлого столетия как раз вышла, причем очень решительно, отказавшись от идеологии, провозгласив сначала стремление к глубокому партнерству со вчерашними противниками, а потом – примат собственных национальных интересов.

Последняя формулировка звучит у нас постоянно, в том числе и на высшем уровне, как мотивация почти любых внешнеполитических акций.

Национальный интерес – понятие растяжимое, но все-таки прежде всего оно предусматривает набор тем и инструментов, необходимых для решения практических задач существования общества и государства. Повышение статуса – тоже способ добиваться определенных целей, но сам процесс затягивает, становится самодостаточным и самовоспроизводящимся.

Российская интервенция в Сирии была обусловлена разными причинами, в том числе и прикладного характера, но по прошествии года с лишним (а до этого четыре года жесткого дипломатического курса) статусный компонент выглядит основным.

Прямого практического интереса у Москвы в Сирии мало.

Идея о борьбе с терроризмом на дальних подступах красива, но не обязательно верна (в ЕС, например, сейчас бьют тревогу, что разгром исламистов в Леванте резко увеличит их приток в Старый Свет, Евразия, особенно Центральная Азия, тоже может стать местом притяжения). Так что остается претензия на роль еще одного «мирового полицейского», то есть престиж. Как и у Соединенных Штатов – их вовлеченность в Сирии в основном определяется необходимостью доказать, что Америка остается единственным полномочным «диспетчером» международных процессов.

Иными словами, сейчас мы имеем возможность воочию наблюдать развитие архетипического для международных отношений конфликта, когда главным является нематериальный фактор.

В нынешнем «статусном» столкновении заложена асимметрия, которая делает обстановку более опасной, чем в прошлую «холодную войну». Тогда взаимное восприятие как равноправных врагов было продолжением предшествовавшей общей победы в мировой войне, она и установила иерархию (равный статус), которая затем поддерживалась несколько десятилетий. Сейчас ее нет в четком виде. Есть де-факто состоявшийся после распада СССР, но де-юре нигде не зафиксированный подъем США на позицию «самого главного». И стремление России доказать, что никакого «самого главного» нет, процессы, идущие в мире, убедительно доказывают, а претензии Америки способствуют не решению мировых проблем, а только усугубляют их.

Имеет место совсем разное понимание сути конфликта.

Россия объясняет возобновление «холодной войны» с риском перерастания в горячую и даже ядерную как следствие глобальных дисбалансов, то есть неэффективности и несправедливости самого мирового устройства (а это в первую очередь вопрос иерархии). США и их союзники этого либо не видят, либо стараются игнорировать, говоря не об изъянах миропорядка (он-то правильный, потому что возник по итогам победоносной для Запада «холодной войны»), а о «проблеме России». Именно она, мол, и является основной, если не единственной причиной повсеместно растущего напряжения.

Отсюда расхождение в методологии. Россия поднимает ставки, чтобы привлечь внимание к системному характеру кризиса и необходимости серьезных договоренностей о мироустройстве, Москва постоянно возвращается к теме правил, напоминая, что сейчас нет таких, которые устраивали бы всех.

Соединенные Штаты обсуждать с Россией что-либо, кроме отдельных аспектов конкретных конфликтов, отказываются.
Они считают, что сам факт такого обсуждения, во-первых, подтвердит мнение Москвы, что требуется новая система отношений (с чем Вашингтон категорически не согласен), во-вторых, легитимирует Россию как равноправного партнера (пусть и по противостоянию), каковым ее Америка не считает. Жертвой этого становятся не только общие вопросы мироустройства, но и вполне конкретные меры по снижению рисков, будь то на Ближнем Востоке или в Балтийском регионе.

Дополнительная сложность – Россия и США считают, что собеседник находится на нисходящей стадии. В России уверены, что Америка прошла пик могущества и цепляется за ускользающую мировую власть, пытаясь не позволить поднимающимся державам изменить глобальное распределение влияния. Внутренние проблемы западного сообщества, выражением которых является рост протестных настроений и популярность нетрадиционных политиков, а также провалы на Ближнем Востоке, убеждают в правоте такой оценки.

В Соединенных Штатах Россию воспринимают как угасающую и экономически несостоятельную единицу, которая из последних сил стремится удержаться в первом эшелоне, но своими безрассудными действиями лишь ускоряет необратимый упадок.

Примечательно, что подобная точка зрения характерна и для многих представителей реалистической школы в Америке, которые осуждают антироссийский курс и призывают не конфликтовать с Россией – зачем, она же сама скоро начнет закатываться...

При таком взаимном восприятии компромисса быть не может, только ожидание, когда противоположная сторона еще ослабеет.

Эта ситуация пугает, потому что отношения полностью разбалансированы. На фоне сокрушительной победы «языка без костей» над минимальными принципами политических и дипломатических приличий, а также появления совершенной новой и вообще пока никак не регулируемой сферы противостояния – киберпространства, риск непреднамеренной (как минимум) эскалации качественно возрос.

Битва за статус опасна тем, что она способна полностью изменить иерархию приоритетов. Как говорил первый госсекретарь при президентстве Рейгана генерал Александр Хейг, есть вещи поважнее, чем мир. В переломные моменты истории многие начинают так думать.

Хазин об автоматизации и роботизации производства

В 1970-ых в СССР и в Японии была попытка это сделать, когда посчитали полную себестоимость, включая подготовку кадров, которые эти роботизирвоанные линии сделают, тех, кто их делают, те, кто их обслуживает, чтобы они не ломались, и т.д. Выясняется, что китайцы дешевле.

Это самое роботизированное производство должно производить нечто, что можно продать. Кому? Ведь спрос в мире продолжает падать.

Хазин: почему Нетаньяhу зачастил в Москву

Великобритания пытается сколотить из арабских стран некую коалицию. Для того, чтобы объединить эти страны нужна сверхзадача. Таковой стала идея уничтожения Израиля. Именно поэтому Нетаньяhу зачастил в Москву. Египту эта идея тоже не нравится. Они тоже начали летать в Москву.

Строительная компания "Ортам Саар" обратилась за защитой от кредиторов (19.10.2016) (Russian, Hebrew)

Форматирование моё.

Строительная компания "Ортам Саар" обратилась в суд с просьбой о предоставлении защиты от кредиторов...

..."Ортам Саар" в качестве главного подрядчика занимается возведением шести жилищных проектов в Харише, Тират а-Кармеле, Рош-Аине и Крайот, рассчитанных в общей сложности на 1.382 квартиры. Кроме того, компания выступает субпорядчиком в нескольких десятках других жилищных проектов...

...Приостановка строительства возводимых «Ортам а-сахар» домов означает не только то, что тысячи людей, уже взявших ипотечные ссуды не смогут получить в срок купленные ими квартиры. Эксперты говорят, что крах «Ортам а-сахар» будет иметь весьма далеко идущие последствия для всей строительной отрасли. Начнем с того, что именно эта компания в значительной степени осуществляла флагманские пректы Моше Кахлона «Мехир ле-миштакен» и «Мехир матара», с которыми он связывал надежды на подешевление жилья. Теперь с этими надеждами, возможно, придется проститься, а цены на квартиры после такого потрясения рынка снова поползут вверх. Будут приостановлены также ряд строительных проектов государственной важности. Разорятся некоторые из работавших с «Ортам» строительных подрядчиков и подрядчиков, работающих в смежных отраслях. Словом, похоже грядет настоящее «землетрясение»...

למה יש גם בעברית.
Ниже есть продолжение.

...На протяжении многих лет «Ортам» считалась одной из самых надежных и добросовестных компаний, но два года назад ее стали преследовать неудачи. Началось все с памятного многим обрушения балкона в строящемся в жилом доме в Хадере – сегодня многие усматривают в этом событии одновременно и символ, и что-то вроде предзнаменования грядущих неприятностей. За ними последовали уголовные расследования против гендиректора и ряда высокопоставленных сотрудников «Ортам», срыв целого ряда сделок, неудачные попытки привлечения инвесторов и, наконец, последней каплей стал недавний отказ группы «Ной вэ-шутафим» от уже вроде бы достигнутой договоренности о приобретении 77% акций компании и немедленном вливании в нее 50 млн. шекелей. Хотя, возможно, все дело как раз и заключается в том, что в «Ной вэ-шутафим» «просекли» истинное положение дел в «Ортам» и в последний момент отказались от рискованной покупки.

После срыва этой сделки кредитные и страховые компании окончательно откзаали «Ортам а-сахар» в доверии, поставщики приостановили доставку стройматериалов, а кредиторы потребовали погашения долгов.

Тогда-то и выяснилось, что долги эти поистине огромны. 713 млн. шекелей составляют долги банкам и другим финансовым структурам; 216 миллионов – поставщикам материалов и субподрядчикам; 22 млн. шекелей – задолженность по заработной плате и т.д...

...Напомним, что «Ортам а-Сахар» по праву считается одной из крупнейших строительных компаний страны, которая в разные годы реализовала такие проекты, как возведение ряда комплексов в тель-авивском выставочном центре «Ганей-тааруха»; строительство тель-авивской гостиницы «Рояль-Бич»; больницы в Нагарии, железнодорожных станций «Кфар-Иехошуа» и «Моше Даян» в Ришон ле-Ционе; железнодорожных депо компании «Ракевет Исраэль»; мостов на 431-й автотрассе; комплекса небоскребов «Мигдалей BSR» в Бней-Браке и «Хоф а-Ям» в Бат-Яме. Все это — не считая строительства 10 000 единиц жилья в разных районах страны...

...Долги компании по облигациям составляют 330 миллионов шекелей...

Обращение в суд последовало на следующий день после того, как стало известно о срыве сделки по продаже компании бизнесмену Лео Нуаю.

В последние месяцы владельцы компании Амир Нахум и Ури Дори, занимающие, соответственно, посты генерального директора и председателя совета директоров, находятся под следствием по подозрению в мошенничестве и использовании средств компании в частных целях.

חברת הביצוע והיזמות אורתם סהר...
שבשליטת אמיר נחום, הגישה היום (ד') בקשה להקפאת הליכים לבית המשפט, כשהיקף חובותיה עומד על כמיליארד שקל. זאת, יום אחד בלבד לאחר שפורסם על הפסקת המגעים שניהלה קבוצת משקיעים בראשות המיליארדר הבריטי ליאו נואי לרכישת השליטה בחברה תמורת הזרמה של עשרות מיליוני שקלים.

כעת מבקשת אורתם סהר הקפאת הליכים לתקופה של שלושה חודשים במהלכם היא תנסה למצוא מוצא מהמצב הקשה שאליו היא הידרדרה...

השופטת תמר אברהמי מבית המשפט המחוזי בתל-אביב לא נתנה צו הקפאת הליכים זמני במעמד צד אחד, וקבעה כי הבקשה תידון במעמד הצדדים ב-26 באוקטובר.

בנוסף, השופטת נתנה צו איסור דיספוזיציה בנכסי החברות המבקשות וכן צו האוסר על גורם שאינו החברות (או מי המורשה מטעמן) להיכנס לחצרי החברות או למתחמי הפרויקטים שלהן ולקחת ציוד או נכסים מכל סוג שהוא.
הבקשה להקפאת הליכים של אורתם הוגשה בשם החברה-האם והחברות-הבנות: אורתם סהר הנדסה, אורתם סהר תשתיות ומליבו בנייה. נכון להיום, מעסיקה קבוצת החברות כ-345 עובדים ועוד כ-330 עובדים המתגוררים בשטחי הרשות הפלסטינית. במקביל, מאות עובדי קבלן ונותני שירותים קשורים אף הם עם החברה.

לחברה יש פרויקטים פעילים בהיקף של כ-5,500 יחידות דיור במקומות שונים בארץ, הן כקבלן מבצע והן ביזמות, אם בעצמה או יחד עם שותפים.

כך, לחברה יש מספר לא קטן של פרויקטים בתחום המגורים בהם היא פעילה בעיקר כקבלן מבצע. בנוסף, החברה פעילה גם בפרויקט מחיר מטרה בראש-העין וזכתה גם במכרזי מחיר למשתכן במקומות שונים בארץ. כעת, הקפאת הליכים של החברה תהיה גם מקרה בוחן ראשון מה קורה לפרויקטים הממשלתיים ולזכאים במקרה של אי-יכולת החברה להמשיך ולקדם את הפרויקטים בהם זכתה במכרז.

ממשרד האוצר מסרו היום כי לפרויקטים ולרוכשים רשת ביטחון: "משרד האוצר מאחל לאורתם סהר יציאה מהמשבר, ומבקש להרגיע את הרוכשים כי לא תהיה לכך השפעה מהותית על פרויקט מחיר למשתכן. כדי להימנע מפגיעה בציבור במקרים כמו אי-עמידה בלוחות זמנים, הקפאת הליכים או הליכי פשיטת-רגל, ניתנו מלכתחילה ערבויות ביצוע לטובת המדינה. במקרה הצורך ינקוט משרד האוצר בצעדים הנדרשים, לרבות מימוש הערבויות ואף ביטוח ההסכם והוצאת החברה מהפרויקט. יחד עם זאת, אנו מאמינים בפרויקטים של מחיר למשתכן ובכלכליותם, ועל כן סביר להניח כי במסגרת ההליכים (ודאי בהקפאת הליכים אבל גם בכינוס נכסים או פשיטת-רגל) הפרויקטים יימשכו, גם אם הזכויות בהם ימומשו במסגרת ההליכים".
עוד במסגרת הבקשה להקפאת ההליכים מפרטת החברה מה בכוונתה לעשות כדי לנסות ולשקם את מצבה. בין היתר מוצע:
* להפסיק לאלתר פעילויות שבהן קיימים הפסדים לחברה על-ידי השתחררות מחוזים או מכירת הפעילות לצד שלישי.

* הוצאת עובדי מטה של החברה לחופשה ללא תשלום, אם בית המשפט יאשר זאת.

* הפעלת הפרויקטים בהם החברה משמשת קבלן ביצוע, כאשר מזמיני העבודה ישלמו ישירת לספקים ולקבלני המשנה.
עו"ד עמיאל קסטוריאנו, מומחה בנדל"ן, מסביר
"מבחינה משפטית, בהיבט של רוכשי הדירות יש להבחין בין פרויקטים בהם החברה מהווה קבלן מבצע לבין פרויקט בו החברה היא יזמית העומדת ישירות מול רוכשי הדירות. במקרה הראשון", מציין עו"ד קסטוריאנו, "על אף שמדובר בחברה גדולה בכל קנה מידה, ההשפעה על רוכשי הדירות הינה מינורית, היות שהחברה היזמית היא זאת שהתחייבה למול רוכשי הדירות, והיא תיאלץ לעמוד בהתחייבויותיה על אף קריסת החברה המבצעת.

"במקרה השני בו החברה שימשה כחברה יזמית, הנושא הוא הרבה יותר מורכב מבחינת רוכשי הדירות וההשלכות הן יותר משמעותיות. אמת היא שבפן הכספי, מאז המקרה המצער של חברת חפציבה תוקן חוק המכר דירות, כך שכספם של רוכשי הדירות מובטח הן בערבות בנקאית והן בבטוחה אחרת שהחוק מחייב, אולם נזקים אחרים אינם מן הנמנע. איחור במסירת הדירות, שינויים באיכות הבנייה, תשלומים נוספים להשלמת הפרויקט וכיו"ב, הם אירועים שכיחים שעתידים לקרות ויש לקחת אותם בחשבון"...

נכון להיום החברה מעורבת בבניית פרויקט מחיר מטרה בראש העין וזכתה גם במכרזי מחיר למשתכן יחד עם שותפים אחרים בקרית מוצקין, טירת הכרמל, ראש העין וקרית גת. בסך הכל מדובר בכ-1,000 דירות במסגרת התוכניות הממשלתיות. נציין שברובם המכריע של המכרזים טרם החלה הבנייה והפרויקטים נמצאים בשלבים התחלתיים מאוד. מסיבה זו, העובדה שהחברה נקלעה כעת למשבר לא תעצור את הפרויקטים באמצע. גורמים בענף משערים שבשל העובדה שלחברה שותפים בפרויקטים הללו, הם ייקחו את המושכות בקידום הפרויקט. אבל במקביל, הדבר עשוי לגרור עיכוב בהתקדמות הפרויקטים...

Талеб об разрушении монополии СМИ, феномене Трампа и многом другом