Tuesday, December 08, 2020

Кэролайн Глик: Байден и шаткий правый фланг Израиля (Russian, English)

Отрывок. Перевод на русский внизу.

[Caroline B. Glick] .... A core member of the Right-Haredi bloc is Yamina, ("To the Right"). And it is far from clear that Yamina is a right-wing party in any meaningful sense today.

Ostensibly, the notion that Yamina may not be a right-wing party seems absurd. Yamina is a coalition of three right-wing parties to the right of Likud – the New Right, the National Union and Habayit Hayehudi ("Jewish Home"). Habayit Hayehudi party bolted Yamina to join the current government when it took office in May.

Today, Yamina is dominated by the New Right.

In late 2018, then-Education Minister Bennett and then-Justice Minister Ayelet Shaked abandoned the national-religious Habayit Hayehudi party to form the New Right. The day after their break, they asked me to be the first to join them in their run for Knesset in the elections that took place in April 2019.

I [Caroline Glick] happily accepted their offer. As I saw it, the New Right was an ideologically driven right-wing party dedicated to advancing the causes most important to me – reform of Israel's hyper-activist legal fraternity and applying Israel's sovereignty to wide swathes of Judea and Samaria.

Oddly, rather than tailoring the campaign to rally like-minded voters, Bennett and Shaked focused on non-ideological and even non-rightist voters. Unsurprisingly, by ignoring their natural supporters and courting voters who didn't care about their issues, the New Right came up 1,500 votes shy of the four-seat threshold to enter the Knesset.

Ниже есть продолжение.

In the following two elections, Bennett and Shaked played it safe. They formed Yamina and ran with Habayit Hayehudi and National Union. But they didn't rethink their electoral strategy. In both the September 2019 and March 2020 elections, they doubled down on their courtship of the center-left and continued to tank at the ballot box.

In the April 2019 election, the New Right was just shy of four seats. Habayit Hayehudi/National Union faction won five. At the time, still in chaos following Bennett and Shaked's abandonment, those five seats represented the rock bottom core of the national-religious sectoral vote.

In the second round, Yamina won just seven seats and in September it netted a mere six seats. If the five mandates to the Jewish Home/National Union stayed loyal throughout, then by last March, the New Right was worth only one seat in the Knesset.

Since the current government was formed, the ground has shifted. Polls have Yamina consistently winning more than 20 seats and running second only to Likud. The pollsters claim that around half of the support for Yamina comes from the center-left, particularly from disgruntled Blue and White supporters. The other half comes from the right.

There are three sources of leftist support for Yamina. First, for the past several months, Bennett has been scope-locked on the coronavirus, insisting that it is the only issue that by rights ought to be on the public agenda. His all-consuming focus on the pandemic and the economic damage it has wrought, has brought Bennett supporters among Israelis hurt by the virus and impatient with the government's efforts to mitigate it.

Second, and importantly for centrist and left-leaning voters, by staying out of the government, Yamina has managed to capture some voters motivated by hatred for Netanyahu.

Finally, Yamina is picking up support from leftists because over the past three months, Bennett has shed his loyalty to the right both politically and ideologically.

Politically, Bennett cut Yamina off from its core voters – the national religious community in September. At a toast for Rosh Hashana, Bennett said, "I don't view Yamina as a sectoral party."

Having abandoned Yamina's political base, Bennett proceeded to abandon its ideological foundations: sovereignty in Judea and Samaria and legal reform.

In an interview last month with Army Radio, Bennett said, "In the coming years, I would put politics aside, including important things like annexation and a Palestinian state."

Arguably the weirdest aspect to Bennett's decision to desert the right's core ideological cause is that it makes no political sense. Thanks to President Donald Trump's peace plan's call for Israeli sovereignty over parts of Judea and Samaria, the prospect of applying Israel's sovereignty to large parts of Judea and Samaria has become a viable option. It is supported in various forms by a large majority of the public. So unless Bennett is specifically interested in courting the hard left, his move makes no sense.

Given the large majority of Israelis who support extending sovereignty to parts of Judea and Samaria, legal reform has become the main wedge issue dividing the Left and Right in Israel today.

The only way Israel can apply its sovereign rights to Judea and Samaria, and indeed, the only way a rightist government will be able to implement any of its policies is if the Knesset undertakes significant reform of the radicalized, unchecked legal fraternity including the Supreme Court, the attorney general and the state prosecution. During her tenure as justice minister, Shaked presented herself – and her party – as the leaders in the field.

But in a shocking reversal, in an interview with Army Radio last month, Bennett's right-hand man MK Matan Kahana said Yamina is no longer interested legal reform. "We've lowered the flag to two-thirds mast," he said.
Earlier this week, Bennett folded the flag and shoved it in the closet when he absented himself from the Knesset during a vote on his party colleague MK Betzalel Smotrich's bill that would require senior prosecutors and the Attorney General to wait a decade before being eligible to serve in the Supreme Court.

If this weren't enough to spark concern, Bennett announced he plans to select non-rightists to run on Yamina's Knesset slate and he refuses to rule out forming a center-left coalition with Yesh Atid, Meretz and Avigdor Liberman's Yisrael Beytenu party.

Bennett and Shaked's associates insist that their partnership with Smotrich is proof they are still on the right. Smotrich, the fiery head of the National Union is certainly driven by ideology. But every statement Betzalel Smotrich makes indicating Yamina will never form a center-left government is denied by Bennett and Kahana. Wednesday for instance, Kahana told Army Radio, "We don't rule out cooperating with Lapid and Meretz in a government we will form and put aside all of our disagreements. No matter what, in the next four years there's no chance of realizing the right's diplomatic vision."

So depending on how many seats Yamina wins from right wing voters, the Right-Haredi majority may lack the power to govern as a Right-Haredi government. Indeed, a coalition with them, (assuming Bennett agrees to enter one), may be reduced to the same incoherence that plagues the current two-headed "unity" government.

The light at the end of the coronavirus tunnel is coming into view with Britain and the US now beginning to vaccinate their publics. But as the pandemic comes under control, we are swiftly approaching the dark four-year tunnel of the Biden administration. For Israel to successfully contend with its twists and turns, it will need a strong, and sturdy Right-Haredi government capable of coherent and forthright action.

Необходимой составляющей подобного блока "правых и ультраортодоксальных партий" является партия "Ямина" ("Направо").

Однако, совершенно неясно, в какой мере "Ямина" остается сегодня правой партией в каком-либо значимом смысле.

На первый взгляд, идея о том, что "Ямина" может перестать быть правой партией, кажется абсурдной. "Ямина" — это коалиция трех правых партий, занимающих позицию справа от "Ликуда" - "Новые правые", "Национальное единство" и "Еврейский дом". Последняя партия, "Еврейский дом" в лице Рафи Переца, оставила блок "Ямина", присоединившись к нынешнему правительству, когда оно было сформировано в мае.

Сегодня в Ямине доминируют "Новые правые".

В конце 2018 года занимавшие в тот момент посты министра образования и министра юстиции Нафтали Беннет и Аелет Шакед покинули национально-религиозную партию "Еврейский дом" и сформировали "Новых правых". На следующий день после своего шага они попросили меня первой поддержать их в решении баллотироваться в Кнессет на выборах, состоявшихся в апреле 2019 года.

Я с радостью приняла их предложение. На мой взгляд, "Новые правые" были в тот момент идеологической правой партией, приверженной достижению самых важных для меня целей - реформе, укрощающей гиперактивность юридической клики и распространению израильского суверенитета в Иудее и Самарии.

Увы, вместо того чтобы сфокусировать свою кампанию на объединении единомышленников, Беннет и Шакед сосредоточились на неидеологических и даже вовсе неправых избирателях. Может быть именно это игнорирование своих естественных сторонников и ухаживания за избирателями, которых совершенно не беспокоили проблемы, поднятые партией на стяги, привело к тому, что "Новые правые" набрали в итоге на 1500 голосов меньше четырехместного электорального барьера.

В двух следующих раундах выборов Беннет и Шакед перестраховались. Они сформировали блок "Ямина" и пошли на выборы вместе с "Национальным союзом" и "Еврейским домом". Но при этом не пересмотрели избирательную стратегию. Как и на выборах в сентябре 2019 года, так и на выборах в марте 2020 года они с удвоенной силой продолжили ухаживания за левоцентристами, так и не сумев добиться в этом деле сколь-нибудь значимого успеха.

На выборах в апреле 2019 года, когда "Новые правые" не дотянули до четырех мест, фракция "Национальное единство - Еврейский дом" выиграла пять мест в Кнессете. В то время, после хаоса, вызванного внезапным уходом Беннета и Шакед, эти пять мест фактически стали отражением их электорального ядра - части национально-религиозного сегмента общества, предпочитающей секторальное голосование.

Во втором туре вся "Ямина" получила всего семь мест, а в сентябре и вовсе шесть. Иными словами, исходя из того, что базовый электорат блока "Национального союза" и "Еврейского дома" сохранял свою электоральную лояльность на протяжении всего этого периода и обеспечил пять мандатов, к марту прошлого года "Новые правые" завоевали лишь одно место в Кнессете.

Однако с момента формирования нынешнего правительства ситуация стала меняться. Опросы раз за разом показывают, что "Ямина" стабильно получает более 20 мест и занимает второе место после "Ликуда". Социологи утверждают, что примерно наполовину поддержка "Ямины" происходит со стороны левоцентристов, особенно от разочарованных сторонников "Кахоль-лавана". Другая половина приходит справа.

У поддержки "Ямины" слева есть три источника.

Во-первых, в течение последних нескольких месяцев Беннет фокусирует свои выступления на борьбе с коронавирусом, утверждая, что это единственный вопрос, который должен стоять на нынешней общественной повестке дня.

Его настойчивое внимание к пандемии и нанесенному ею экономическому ущербу привлекло к нему сторонников из числа тех израильтян, кто пострадал от карантинных ограничений и особенно нетерпелив в отношении усилий правительства по смягчению последствий эпидемии.

Во-вторых, и, возможно, среди центристских и левых избирателей это стало главным фактором, оставаясь вне правительства, "Ямина" сумела привлечь к себе некоторых из тех избирателей, кто мотивирован ненавистью к Нетаниягу.

Ну и в-третьих, "Ямина" приобретает все большую поддержку у левых, потому что в последние три месяца Беннет утратил свою лояльность к правым как в политическом, так и в идеологическом плане.

В политическом плане Беннет отрезал "Ямину" от своих основных избирателей - национальной религиозной общины еще в сентябре. На торжественном мероприятии в честь Рош ха-Шана - наступления нового года, Беннет сказал: "Я не считаю "Ямину" секторальной партией".

Отказавшись от политической базы "Ямины", Беннет отказался и от ее идеологических основ: суверенитета в Иудее и Самарии и юридической реформы.

В прошлом месяце в интервью радиостанции "Армейские волны" Беннет сказал: "В ближайшие годы я намерен отложить политику в сторону, включая такие важные вещи, как аннексия и палестинское государство".

Возможно, самым странным аспектом в решении Беннета отказаться от базовой идеологической платформы правых является то, что оно не имеет политического смысла.

Благодаря призыву президента Дональда Трампа к установлению суверенитета Израиля над частями Иудеи и Самарии, возможность распространения суверенитета Израиля в значительной части Иудеи и Самарии стала жизнеспособным вариантом. Его поддерживает в различных формах подавляющее большинство населения страны. Так что, если Беннет не был специально заинтересован в том, чтобы заполучить признательность крайне левых, его ход не имел никакого политического смысла.

Учитывая то, что подавляющее большинство израильтян поддерживают сегодня распространение суверенитета на части Иудеи и Самарии, именно юридическая реформа стала главным клином, разделяющим теперь левых и правых в Израиле.

Но единственный вариант, при котором Израиль сможет распространить свои суверенные права в Иудее и Самарии, и, по сути, единственный путь, позволяющий правому правительству реализовать свою политику, является продвижение Кнессетом глубокой реформы, возвращающей ему полномочия, присвоенные сегодня радикальной, никем не контролируемой юридической кликой, в том числе Верховным судом, офисом юридического советника правительства и государственной прокуратурой. Будучи министром юстиции, Шакед позиционировала себя, да и свою партию как лидеров именно в этом критически важном процессе.

Однако в недавнем интервью Армейскому радио депутат Кнессета Матан Кахана, правая рука Беннета, сообщил, что "Ямина" больше не заинтересована в правовой реформе. "Мы приспустили флаг на две трети мачты", - сказал он.

А неделю спустя Беннет и вовсе "сложил" этот флаг, "засунув" его в шкаф, когда демонстративно отказался присутствовать в Кнессете во время голосования по законопроекту своего коллеги по партии, депутата Бецалеля Смотрича, потребовавшего чтобы старшие прокуроры и юридический советник правительства могли претендовать на место в Верховном суде не менее чем 10 лет после ухода в отставку со своего поста.

И если всего вышеперечисленного не было достаточно для серьезного беспокойства по поводу приверженности лидерами "Ямины" правой повестки дня, на днях Беннет объявил о том, что планирует назначить в предвыборный список кандидатов в Кнессет от "Ямина" людей не правых взглядов и , более того, отказывается исключить возможность формирования левоцентристской коалиции с партиями "Еш атид", МЕРЕЦ и НДИ.

Сподвижники Беннета и Шакеда продолжают успокаивать правых избирателей, утверждая, что, мол, факт их партнерства со Смотричем является достаточным доказательством их правизны.

Смотрич - яркий глава "Национального союза", безусловно, движим идеологией. Однако каждое заявление Бецалеля Смотрича о том, что "Ямина" никогда не сформирует левоцентристское правительство, опровергают Беннет и Кахана.

Так на днях Кахана сообщил Армейскому радио: "Мы не исключаем сотрудничества с Лапидом и МЕРЕЦом в правительстве, которое мы сформируем, отложив в сторону все разногласия. Все равно в ближайшие четыре года шансов на реализацию правой повестки дня нет".

Иными словами, сколько мест получит "Ямина" от правых избирателей, столько мест не досчитается опирающаяся на ультраортодоксов коалиция правых, отдаляясь от возможности создать правое правительство. В лучшем случае, при условии, что Беннет соизволит вступить в нее, она вновь будет сведена к нынешнему неуклюжему двухглавому правительству национального паралича.

По мере того, как в Великобритании и США разворачивается вакцинация населения, начинает брезжить свет в конце туннеля коронавирусной эпидемии.

Вместе с тем, по мере установления контроля над пандемией, мы, возможно, стремительно приближаемся к мрачному четырехлетнему туннелю администрации Байдена.

И единственным вариантом, при котором Израиль сумеет успешно противостоять грядущим испытаниям, станет создание способного к последовательным и решительным действиям сильного и стойкого правого правительства.


No comments:

Post a Comment