Написано с помощью Gemini 4.1 Pro и Grok (Fast/Expert/4.20 beta)
Сегодня, 24 февраля 2026 года, исполняется ровно четыре года с начала полномасштабной войны России против Украины. Журналист Роман Перл опубликовал отличный ретроспективный материал о том, как менялась позиция Иерусалима все эти годы.
Сразу расставим точки над «i»: морально Израиль и его общество с первых дней знали, кто агрессор, и всегда были на стороне Украины. Израиль голосовал за осуждающие резолюции в ООН, разворачивал полевые госпитали и отправлял гуманитарку. Но на практике правительство оказалось между молотом (союзом с США и западным миром) и наковальней (присутствием РФ в Сирии и судьбой огромной еврейской диаспоры в России). Как Израиль пытался балансировать и к чему это привело?
Ниже есть продолжение.Акт первый: Миротворчество Беннета и словесная акробатика
До 24 февраля 2022 года в Иерусалиме вообще не верили в большую войну. Яир Лапид утверждал, что «мировая война из-за этого не начнётся». Украинский посол Евгений Корнийчук тогда же обвинил его в «повторении российской пропаганды» и игнорировании сигналов США, Британии и ЕС.
Когда полетели ракеты, Израиль оказался среди 141 страны, осудившей агрессию в ООН. Уже 27 февраля тогдашний премьер Нафтали Беннет позвонил Владимиру Путину и предложил посредничество, но Путин отклонил предложение. Беннет не отступил: по просьбе Зеленского он всё равно взял на себя роль миротворца и в начале марта тайно прилетел в Москву на встречу с Путиным, даже нарушив для этого шаббат. Итог: Путин пообещал не убивать Зеленского и отказаться от «демилитаризации» (Зеленский тогда допускал отказ от НАТО). На этом миссия заглохла. Украинский высокопоставленный источник (по данным Haaretz, Йонатан Лис) назвал Беннета «почтальоном», который в последнем разговоре советовал Зеленскому пойти на уступки Путину. Офис Беннета опроверг именно совет, но опровержение было названо скорее формальным, чем по сути. Зеленский публично надеялся на «позитивное влияние Беннета». В Киеве Беннета воспринимали скорее как почтальона, чем реального посредника.
За первые три недели войны в Израиль прибыли 12 600 украинцев, из них 3 650 — новые репатрианты. Полевой госпиталь был построен уже в начале марта именно для беженцев.
В мае 2022 года делегация ХАМАС во главе с Ханией встречалась с Лавровым в Москве. Это стало одним из триггеров для заявления главы военной разведки генерала Аhарона Халивы: «В этой войне Израиль находится на стороне США». Не на стороне Украины, а именно США — Иерусалим словно стеснялся называть вещи своими именами из страха перед Москвой.
Акт второй: Буча, красные линии и отказ дать «Железный купол»
Нельзя сказать, что Израиль отмалчивался. Тот же Яир Лапид первым из израильских топ-политиков прямо обвинил Россию в военных преступлениях после публикации страшных кадров из Бучи.
В октябре 2022 года Лапид осудил массовые ракетные удары по гражданской инфраструктуре. В ответ российское посольство в Израиле обвинило его в «закрывании глаз» на преступления полка «Азов».
Была и масштабная гуманитарная помощь: Израиль построил полевой госпиталь, передал 6 мощных генераторов для больниц, четыре бронированных автомобиля скорой помощи, принял на лечение и реабилитацию 20 тяжелораненых бойцов ВСУ и оказал помощь ещё 6 000 раненым украинцам. Также было передано 2 000 бронежилетов, 3 500 касок и несколько сотен защитных курток для сапёров. В сентябре 2022 года Украина получила израильские антидроновые системы через Польшу — поставка прошла через частную компанию, и Министерство обороны Израиля ей не препятствовало. МИД Израиля организовал курсы подготовки украинских медиков и спасателей.
Но на главную просьбу Киева — дать системы ПВО «Железный купол» — министр обороны Бени Ганц провёл «красную линию»: «Израиль не будет передавать Украине вооружения по ряду оперативных соображений». Максимум — система раннего оповещения о ракетных атаках. Причина? Командование ЦАhАЛа категорически боялось российского «вредоносного потенциала» на Ближнем Востоке. Хотя политики вроде Заhавы Гальон (МЕРЕЦ) или министра Нахмана Шая призывали правительство «слезть с забора» и дать ПВО, кабинет министров был непреклонен.
Акт третий: Фактор Ирана и пустые обещания Нетаньяху
К концу 2022 года к власти вернулся Биньямин Нетаньяху. Перед выборами он обещал «рассмотреть вопрос» поставок оружия, но в кресле премьера оставил всё без изменений.
Зеленский позже заявил: «Он не дал нам ничего — совсем ничего, ноль… Я звонил двум премьер-министрам Израиля и просил продать нам нужные средства».
К 2023 году терпение Киева лопнуло. Посольство Украины открыто заявило: «Израильская "нейтральность" — это явная пророссийская позиция».
Тогдашний министр обороны Украины Алексей Резников прямо предупреждал: иранцы накапливают в Украине бесценный боевой опыт, который неизбежно обернётся против самого Израиля.
Акт четвертый: Дрейф в ООН и сирийский парадокс
Динамика голосований Израиля в ООН наглядно показывает эволюцию нашего политического курса. Если весной 2022 года Израиль поддерживал антироссийские резолюции, то уже в ноябре воздержались по вопросу репараций. А в феврале 2025 года произошёл резкий разворот: Израиль проголосовал против резолюции с требованием вывода российских войск. МИД тогда объяснил это солидарностью с курсом администрации Трампа. Справедливости ради стоит отметить, что Украина тоже в ООН часто голосует за антиизраильские резолюции, следуя линии ЕС.
Но самая большая ирония произошла в Сирии — той самой стране, из-за которой Израиль так берег отношения с Москвой. В конце 2024 года режим Асада рухнул. Российская группировка, ослабленная переброской войск на украинский фронт, потеряла влияние. После этих событий ВВС ЦАhАЛ уже не нужно было каждый раз согласовывать удары с Россией. Украинские спецназовцы вместе с сирийской оппозицией участвовали в уничтожении проасадовских и пророссийских сил именно на Голанах — новый фронт российско-украинской войны у израильской границы.
Что Израиль получил в итоге?
После 7 октября 2023 года Израиль сам оказался в эпицентре тяжелейшей войны. Предупреждения аналитиков сбылись: отказываясь полноценно поддержать жертву агрессии, Израиль подорвал своё моральное право требовать безоговорочной поддержки от союзников.
А что дала Москве эта прагматичность? Никакой благодарности. МИД РФ регулярно критикует Израиль, демонстративно принимает у себя делегации ХАМАСа, а российские СМИ откровенно злорадствовали о том, что Шойгу «взял в прицел Голаны».
Тем не менее, Израиль продолжает оказывать помощь. Сегодня глава МИД Гидеон Саар сообщил, что Израиль передает Киевской области 117 портативных электростанций. В условиях зимних морозов это важно, но на фоне масштабов трагедии — лишь капля в море.
Вывод: Израиль никогда не был ни про-российским, ни про-украинским — он всегда был про-израильским. Стратегия балансирования защищала именно интересы Израиля (безопасность на севере, судьба еврейской диаспоры, координация с Россией в Сирии), а не чью-то чужую сторону. Евреи в России за эти годы не пострадали напрямую от войны — репрессий против общины как таковой не было, и это позволяло сохранять осторожный диалог с Москвой. В итоге не удалось заслужить ни благодарности Москвы, ни полного уважения Киева, ни безоговорочного одобрения западных партнёров. Но именно такой прагматизм позволил стране сохранить стратегическую гибкость в крайне сложном окружении.
Мы остаёмся проукраинскими морально и на уровне общества, но наш политический аппарат скован страхами за безопасность. В условиях, когда прямое столкновение РФ и НАТО становится всё более реальным, долго ли Израиль сможет продолжать эту политику осторожного балансирования?
